Александра Гейл - Дневник. Поздние записи [СИ]

— А по-моему ты мне задолжал не меньше, — тихо сказала я, поднимая взгляд к его лицу. — Отец сказал послать меня к черту на рога, и ты подчинился. — Вдруг стало очень больно, будто все случилось только вчера. — И я не знаю, чего ждать от вас и собственного будущего. Что теперь? Что он еще сделает, чтобы держать меня подальше? Чему еще ты пойдешь на поводу? — сдерживать крик становилось все труднее. — Раз ты разбрасываешься мною в угоду своему папочке, который меня, к слову, ненавидит, Алекс, я имею право переспать с любым или даже каждым, невзирая на то, считается этот каждый твоим другом или нет.

— А он мне больше не указ, милая, — холодно улыбнулся мне Алекс. — Или по-твоему я все эти годы так и играю в песочнице? Или просто так подлизываюсь к ублюдкам вроде Лиурмана?

— Алекс, — грустно улыбнулась я. — Может и так, но что это меняет? Ну придет он не к тебе, а ко мне. У него множество рычагов воздействия. Лиза. Женя…

— Я не отступлюсь, — равнодушно произнес Алекс, встал и стукнул пальцами по столу.

— Значит, ты меня погубишь. И пожалеешь, — ответила я.

Но внезапно Алекс наклонился и впился губами в мои губы. Но ненадолго, я даже не успела опомниться. А затем он отвернулся и пошел к выходу. Я обернулась к выходу и увидела сквозь витрины в свете огней кафе его закутанную в плащ фигуру. Алекс достал сигарету, зажег ее и надел перчатки. Девушка, проходившая мимо будто бы нечаянно задела его плечом. Но он придержал ее за локоть, извинился и быстрым шагом направился к машине. Даже не взглянул. И да, он все еще водил мицубиши эклипс. Другую машину, но той же марки и модели. Если бы его верность к машине распространялась и на женщин, он был бы самым совершенным мужчиной на свете. А, тем временем, за столом возобновились разговоры.

— Я затрудняюсь сказать, везет тебе, что он тебя любит или не везет, — сказала Лариса, глядя на меня.

Она была права. Рядом с семейкой Елисеевых я превращалась в маленькую, измученную и издерганную марионетку. И вот на это я обменяла свое австралийское спокойствие.

Глава 7

Самолет задержали из-за снегопада. Паря над окутанным белой дымкой Лондоном, я смотрела вниз и не могла поверить. Не знаю почему, но только там до меня в полной мере дошло, что я в северном полушарии, что здесь снег, что я вернулась. Словно этот полет поставил на место некую частичку моей жизни. Алекс был не прав, мне необходимо было слетать в Лондон. Когда я взяла такси, было уже десять вечера тридцать первого декабря. Такси стоило баснословных денег, но Лиза была больна, и я не посмела ее попросить меня встретить.

— Припозднились вы, — сообщил мне таксист.

— Да, — ответила я. — Рейс задержали.

Он хмыкнул и обернулся на меня.

— Вы австралийка? — сымитировал он мой акцент. Я улыбнулась.

— Некоторое время я прожила в Сиднее, — ответила я любезно.

— Оно и видно, — кивнул он, удовлетворенный собственной проницательностью.

Такси остановилось около многоквартирного дома, я тепло поблагодарила таксиста, пожелала ему счастливого нового года, а он довольный моей любезностью, протянул мне плитку швейцарского шоколада. Я вошла в подъезд, с небольшим чемоданчиком и чуть ли не столько же весящим фотоаппаратом. Дверь в квартиру Лизы была все та же. Только дерматин начал облупляться по краям, это заставило меня сглотнуть. Звонок тоже сработал только с третьей попытки. Дверь распахнулась, и на пороге показалась очень худая высокая женщина с синяками под глазами, бледными губами, рыжими спутанными волосами, и в просторном снежно-белом халате. Что ж, она могла быть какой угодно и болеть чем угодно, но хозяйкой оставалась образцовой. Я швырнула чемодан как попало и обхватила ее руками. У самого моего уха раздался всхлип.

За ее спиной появился симпатичный высокий мальчик лет десяти, я с трудом в нем узнала Дэнни. Он настороженно огляделся, но, поняв, что я одна, по-мальчишечьи радостно улыбнулся. Я втолкнула Лизу в квартиру, и принялась обнимать Данила.

— Садись и сиди, — велела я Лизе, собирая на стол то, что, видно, Дэнни не придумал как использовать. Судя по всему, на это сил у его матери не нашлось, и пришлось подключаться ему. А время неумолимо близилось к полуночи.

Дэнни помогал мне чем мог. Есть дети, которых с младенчества вовлекают в хозяйственные дела, он явно был из таких. С возрастом он стал замечательным отзывчивым юношей, для Лизы большей отдушины просто не могло существовать. Сначала я опасалась, что Дэнни меня не узнает или станет стесняться, но, как выяснилось, он был не из числа закомплексованных детей. Пока готовили, мы с ним припоминало то, как гуляли по Лондону и фотографировали все вокруг.

Вдруг он пристально на меня посмотрел и совершенно неожиданно спросил:

— Как вы познакомились с мамой? Я только помню, что ты была всегда. — И я слегка зависла. Вот так бывает. Я знаю Дэнни с таких малых лет, я неотъемлемая часть его жизни, а он для меня маленький мальчик… Странно оно.

— Я попала в переделку, а мама твоя меня очень выручила. Я написала ей письмо, она ответила и помогла мне. Так и подружились.

Хотя, если разобраться, с чего бы это было ей мне помогать? Она, наверное, надеялась, что через меня хоть сколько-нибудь отомстит Алексу. Что она чувствует по поводу того, что я как бы официальная пассия парня, который вдоволь над ней поиздевался? Это странно.

Пока мы накрывали на стол, Лиза спала прямо на диване, разбудили мы ее только без пяти двенадцать. А вот после праздника уложили спать Дэнни. И в ход пошли напитки покрепче.

— Рассказывай, — велела я.

— Два месяца назад я нашла-таки приличную работу. Одному парню нужна была помощница. Не слишком разговорчивая, чтобы не отвлекала от дел. Я подошла идеально. Как и другие девушки-иностранки. Не думай, что я идиотка и не понимала, просто посчитала, ну чего я вообще не видела. Наша задача была устраивать всякие банкеты, это я умею. И началось все как всегда, наш работодатель, заказчик к которому прилетели какие-то странные товарищи. Обычно я приношу вино, как правило, подливаю, наливаю, винную карту знаю. Но когда я в третий раз подошла к ним, увидела, что полно стриптизерш. Меня не удивить подобным зрелищем, но это не наша работа, мы держим лицо. Я пошла к работодателю и увидела, что один из этих типов разговаривает с ним. Он взглянул на меня, показал пальцем и что-то спросил, я не расслышала. А наш кретин просто кивнул. И они потребовали, чтобы мы станцевали. Мы отказались, лучше бы, конечно, этого не делали. Одну из девочек на глазах у других начали бить и… боже. Такого кошмара даже я, с моим опытом, никогда не видела. И теперь мы всем скопом ходим лечиться от одного и того же. Я не знаю что это, в смысле по-английски название мне сказали, но я даже не стала выяснять, как это зовется по-русски. И что самое смешное, когда я уволилась — с меня по контракту потребовали неустойку. — Лиза вдруг запрокинула голову и расхохоталась, хотя по щеке у нее покатилась слеза. Да уж, пожалуй мой Сидней и рядом с ее Лондоном не валялся.